Интервью
Следующее
4 года назад 2652

Игорь Матвеев

руководитель творческого объединения «Духовное наследие»

НАТУРАЛЬНОСТЬ И ОЗДОРОВИТЕЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР – ВАЖНАЯ ОТЛИЧИТЕЛЬНАЯ ЧЕРТА ЦЕРКОВНОЙ ПРОДУКЦИИ.

 

На протяжении веков в русских православных монастырях существовала своя культура питания. Названия монастырских блюд фигурируют уже в летописях XII-XIII веков, в уставах столовых обиходников XVII века сохранились подробные описания трапез. Столь привычные для русского человека блюда и напитки, как каши, пироги, блины, квас, пиво, кисель, не были редкостью в рационе монахов.

 

Ведение хозяйства, содержание огорода, скота, производство собственных продуктов питания для храмов и монастырей играло и играет важную роль: это и источник пропитания для общины, и способ духовного послушания, а в отдельных случаях – и источник дохода.

О необходимости создания самостоятельной церковной экономики, развитии монастырских хозяйств, рынке храмовой и монастырской продукции в России мы побеседовали с Игорем Матвеевым, руководителем творческого объединения «Духовное наследие» и организатором православных выставок в Санкт-Петербурге.

 

 

– Игорь Валерьевич, ваша компания занимается организацией православных выставок и ярмарок. В чем особенность этих мероприятий?

– Отличительная особенность наших мероприятий состоит в том, что в них в основном участвуют храмы и монастыри. Отдельные проекты у нас связаны с ярмарками и организацией народных праздников, приуроченных к церковному календарю.

 

– Какова роль продуктов питания в жизни современных церковных организаций?

– Перед храмами и монастырями, особенно в сельской местности, стоит такая важная задача, как развитие самостоятельной церковной экономики. Деньги от государства и частных инвесторов не всегда удается регулярно получать, особых церковных налогов в России, в отличие от Европы, нет, а на реставрацию и поддержание храмов нужны немалые средства.

Храмы в крупных городах, которые носят историко-культурное значение, во многом живут за счет туристов, продажи сувениров. Что же касается сел, то там храмы и монастыри часто пытаются возродить то, что осталось от советского сельского хозяйства, ухаживают за близлежащей территорией. Собственное производство для монастыря – это и источник пропитания для братии, и источник помощи селу. При церкви появляются огороды, скотные дворы, появляются и рабочие места для трудников, местных жителей, зачастую – единственные на селе.

 

– Выходит ли продукция церковных хозяйств на более широкий рынок?

– Многие храмы и монастыри трудятся в огороде, чтобы прокормить себя и продать что-то в соседних населенных пунктах, но сбыть свою продукцию в магазины или по другим каналам удается единицам. Этим как раз мы и занимаемся с помощью наших выставок и ярмарок.

 

– Какова аудитория ваших мероприятий? Кто туда приходит – рядовые граждане, представители церковных, светских организаций, бизнеса? Много ли среди посетителей представителей других конфессий?

– Продуктовые выставки в основном привлекают рядовых граждан, в том числе из незащищенных слоев населения. Люди доверяют монастырской продукции, так как она, во-первых, натуральная, во-вторых, сделана религиозными и организациями.

Далеко не все, кто приходит на наши мероприятия – православные, тем более, воцерковленные. По нашим исследованиям, около 6% посетителей ярмарок в Медовый Спас (а это даже больше народный, нежели церковный праздник) не являются христианами вообще.

 

– Какие продукты питания, производимые российскими храмами и монастырями, идут на продажу, в том числе в светские организации?

– В первую очередь, это хлеб и выпечка. На наши выставки подвозится свежайший хлеб из Нило-Столбенской пустыни в Тверской области: они снабжают своим хлебом целую часть Твери и соседние города. Пироги и пирожки производит Новодевичий монастырь в Санкт-Петербурге: у них своя натуральная и оригинальная рецептура, они не используют никаких искусственных добавок.

Многие православные организации идут нога в ногу с трендом на здоровое питание, ряд монастырей и храмов производит бездрожжевую выпечку. В Санкт-Петербурге свои изделия такого плана и хлебный квас без дрожжей есть у храма Иконы Божьей Матери «Неупиваемая чаша» в Московском районе: у них нет своей систематической продажи, зато они участвуют во многих мероприятиях, не только наших.

Направление, в котором среди церковных организаций уже существует некоторая конкуренция, – это производство меда. Пчеловодство является довольно выгодной деятельностью: ГОСТы на мед сохранились еще с советских времен, пчелами не надо заниматься постоянно, как скотом, кроме того, мед не портится, не требует специальных условий хранения, а со временем становится только лучше.

Сейчас большой процент российского меда произведен монастырями и храмами: на выставках их продукция конкурирует по качеству и ценам со светскими организациями. Делаются медовые смеси, новые сорта, например, женьшеневый мед.

В одной только Нило-Столбенской пустыни около 500 ульев, и это при тех условиях, что на севере России заниматься пчеловодством гораздо труднее, чем на юге. Несмотря на суровый климат, производство меда часто оказывается прибыльным даже на Северо-Западе. Свой мед делает Святогорский монастырь в Пушкинских Горах, у которого тоже более 500 ульев. Около 100 ульев есть в подворье Александро-Невской лавры, столько же – у псковского подворья Череменецкого Иоанно-Богословского монастыря, примерно два десятка – на территории самого монастыря под Лугой.

 

– Занимаются ли российские храмы и монастыри производством и продажей целебных и пищевых трав?

– Да. Собирательство грибов, ягод, растений существует во многих монастырях, так как оно не требует финансовых вложений. В России во многих местах организован сбор иван-чая, из которого заваривают напиток, в церковных лавках продаются различные травяные сборы и бальзамы собственного производства.

Значительная часть подобной продукции сбывается на ярмарках. К нам приезжают участники даже из Хабаровского края: там при монастыре собирают лимонник и кедровые орехи.

Свое фермерское хозяйство есть у подворья Оптиной пустыни на Васильевском острове. Оно выращивает свою клубнику, которая даже не доезжает до наших мероприятий: ее раскупают прихожане, несмотря на то, что клубника продается по цене выше среднерыночной.

 

– То есть, можно сказать, что храмы и монастыри осваивают нишу здоровых, натуральных и органических продуктов?

– Да, натуральность и оздоровительный характер – важная отличительная черта церковной продукции. Для верующих людей еще важно то, что эта пища делается с молитвой.

 

– Существует ли при храмах своя молочная и мясная продукция?

– Да, конечно. Монастырские хозяйства очень часто начинаются с заведения скота. Еще до революции уход за скотом превратился в форму духовного послушания: про это существует немало церковных историй, притч и анекдотов. Когда человек только заявляет о своем желании стать монахом, то его на первых порах нередко отправляют работать в коровник, на самый тяжелый труд. Сами монашествующие мяса практически не едят, потому встает вопрос, куда же его деть: оно идет либо на продажу, либо на благотворительные нужды.

Многие храмы и монастыри осваивают специфические, оригинальные ниши в пищевом производстве. Царскосельское благочиние организовало ферму в 500 коров и свое производство мягкого сыра (по типу филадельфии) в селе Поги на границе Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Для настройки аппаратуры они специально приглашали профессионала из Нидерландов. Отец Геннадий Зверев, благочинный царского села, придумал свою интересную схему сбыта продукции: он организовал «аренду коров» для владельцев малого и среднего бизнеса, желающих участвовать в церковной жизни. За определенную сумму денег можно арендовать корову, кормить ее по праздникам, пускать к ней своих детей. Часть продукции из молока этой коровы арендатор забирает себе, часть поступает в тюрьмы, детские дома, больницы. Особое распространение благотворительность получает в Великий Пост, когда православные не могут есть мясную и молочную продукцию в силу религиозных ограничений, а нуждающимся людям она приходится вполне ко двору.

Тот же отец Геннадий разводил на мясо не обычных свиней, а диких кабанов. Кабан больше и мясистее домашней свиньи, в его мясе меньше жира. Кормили кабанов отходами кондитерской продукции, благодаря этому мясо получалось мягким и сладким.

 

– То есть, оригинальность, наличие какой-то своей «изюминки» можно назвать отличительной чертой церковной продукции? С чем это связано?

– Церковные организации часто осваивают нетипичные для российского рынка ниши, так как коммерческая задача не является для них первостепенной. К примеру, тот же мягкий сыр менее популярен в нашей стране, чем среднетвердые сорта, но уже упомянутый мною отец Геннадий выбрал именно это направление, и эксклюзивность продукции в данном случае – достоинство, а не недостаток.

Первоначальные задачи храмовых и монастырских хозяйств – это самосодержание, реабилитация различных социальных групп (алкоголиков, наркоманов, заключенных, воспитанников детских домов и интернатов), нередко – благотворительность. Целью производства становится не получение прибыли, а сама деятельность: монашествующих нужно занять, таким образом, молитва соединяется с трудом. Нужна еда самим, а для себя плохо делать не будешь. Плюс необходимо формировать свое лицо, так как иначе могут отвернуться спонсоры, партнеры, вышестоящее церковное руководство может разжаловать настоятеля, а то и отправить за штат. Другие установки дают другой результат.

 

– Какие еще нестандартные продукты производятся российскими храмами и монастырями, в том числе на Северо-Западе?

– Кое-где есть свои рыбные производства. В Донском монастыре в Москве есть своя коптильня, на Валааме ­ своя садковая рыба (в основном, лосось). В озерах на Северо-Западе храмы и монастыри разводят даже осетрину. Вся эта рыба коптится на натуральном огне, без применения жидкого дыма.

 

– Существует ли в России монастырское виноделие?

– Свои монастырские виноградники есть на Кубани, вина там очень неплохого качества. Они отличаются тем, что это некупажированный продукт со своим оригинальным вкусом. В СНГ церковное виноделие развито на Карпатах и в монастыре Успения Пресвятой Богородицы в Бахчисарае: последние часто у нас выставляются. Российские церкви иногда закупают сырье у светских организаций, но вино делают сами и продают в лавках.

То вино, которое встречается в торговых сетях, в основном делается светскими организациями, которые эксплуатируют церковную терминологию. Возможно, на определенном этапе церковь поставит правовой вопрос об использовании этой терминологии вне храмов и монастырей, так как качество такой продукции может быть совершенно любым, а церкви, как и любой организации, необходимо поддерживать свой имидж.

 

– Поступают ли церковные и монастырские товары в магазины и аптеки?

– Большинство таких товаров, как хлеб, мед, травы, бальзамы, можно купить в церковных лавках, причем в одной лавке может продаваться продукция нескольких храмов. С торговыми сетями договариваться уже сложнее, у них существуют свои ограничения и требования, потому в крупных сетях церковная продукция представлена мало. Под магазинные правила хорошо подходит типовой товар, продвигать какие-то более эксклюзивные виды продукции гораздо сложнее. Поэтому выставки и ярмарки остаются одним из важнейших каналов сбыта.

 

– Представлена ли как-то на православных ярмарках и выставках импортная продукция?

– В основном это товары из Украины, Белоруссии, реже – из Грузии, Греции, Сербии, Франции и других стран. Издалека, как правило, везут непортящиеся продукты, к примеру, греческий мед, собранный афонскими монахами.

 

Беседовала: Янина Крупина

4 года назад 2652
Гость:

Игорь Матвеев,
руководитель творческого объединения «Духовное наследие»

Поделиться

CPM Europe
gearef.ru
logosltd.ru
kemin
Space
morris-associates.com
Facebook
Вконтакте
АльянсУпак
Каталог компаний
Партнеры
Журнал
«Мясная Сфера»
Журнал
«Молочная Сфера»
Журнал «Хлебопечение/
Кондитерская Сфера»
Журнал
«Птицепром»
Журнал
«Рыбная Сфера»